Валентин Варенников

Валентин Варенников

ВАРЕННИКОВ Валентин Иванович
(1923-2009)

Герой Советского Союза, генерал армии, лауреат Ленинской премии

Родился 15 декабря 1923 года в городе Краснодаре. Отец — Варенников Иван Евменович (1895—1974), участник Гражданской войны. Окончил Промакадемию в Москве, занимал различные руководящие посты на хозяйственной работе. Мать — Варенникова Мария Алексеевна (1901—1930). Супруга – Варенникова Елена Тихоновна (1923—2005), ветеран войны, старший лейтенант в отставке. Сыновья: Варенников Валерий Валентинович (1951—2003), полковник запаса; Варенников Владимир Валентинович (1955 г. рожд.), генерал-лейтенант, участник войны в Афганистане.
До войны Валентину Варенникову довелось жить во многих южных городах Кубани: в Темрюке, в станице Крымской, в городе Армавире. С детства он мечтал строить корабли, а после окончания средней школы собирался поступать в Ленинградский кораблестроительный институт, однако все планы нарушила война...
Когда было объявлено о начале войны, мы, мальчишки, выпускники средней школы, сразу обратились в военкомат с целью добиться призыва в действующую армию. Сначала получили отказ. Некоторое время пришлось работать в военкомате, выполнять различные поручения.
Однако вскоре нас, наконец, призвали и отправили на Урал, в местечко Уктус, в окрестности Свердловска, где находилось эвакуированное из Черкасс военное пехотное училище. В нем мы проучились десять месяцев, до лета сорок второго, пройдя полный курс обучения, и в октябре шесть моих сослуживцев и я попали на Сталинградский фронт.
Молодые офицеры были преисполнены гордостью оттого, что им доведется участвовать в событиях, за которыми следил без преувеличения весь мир: ведь битва на Волге тогда была на острие военных сражений на советско-германском фронте. Все понимали, что если Сталинград выстоит, то произойдет перелом во Второй мировой войне в пользу антигитлеровской коалиции. Но если Сталинград падет, то на стороне Германии в войну вступят Турция и Япония. 
И тогда... Вот почему народы планеты, затаив дыхание, ждали нашу победу.
Еще курсантами мы возмущались, что немцам удалось продвинуться так далеко вглубь нашей земли. Когда ехали на фронт, настроение было боевое, думали: вот приедем и покажем, как надо воевать... Но добравшись до цели, еще с левого берега Волги увидели потрясшую всех картину: весь город в развалинах, объят огнем и дымом так, что солнца не видно, вокруг непрерывный грохот. Быстро пришло осознание того, что наши представления о войне были едва ли не наивными.
Прибыв в Сталинград, лейтенант Варенников получил назначение командиром взвода в 138-ю стрелковую дивизию, которой командовал полковник И.И. Людников. Дивизия вела ожесточенные бои с численно превосходящим противником, обороняя завод «Баррикады». Противнику все-таки удалось прорваться к Волге севернее и южнее завода. В итоге дивизия оказалась отрезанной от главных сил 62-й армии генерала В. И. Чуйкова и представляла собой яростно сражавшийся островок в море огня. Несмотря на все попытки, гитлеровцам так и не удалось его ликвидировать.
В составе нашей дивизии воевали в основном воины с Урала и Сибири. До сих пор с благодарностью вспоминаю одного из них — своего заместителя старшего сержанта Филимона Агапова. Для меня он был видавшим виды человеком — и по возрасту, и по боевому опыту. Когда мы оставались вдвоем, Филимон обращался ко мне — «сынок», а в присутствии кого-то третьего — «товарищ лейтенант». Конечно, было приятно, что сержант соблюдал армейский этикет, который является не последним в отношениях между военными.
С первого дня на фронте мне хотелось отличиться, проявить себя. Но как проявить, когда взвод, дивизия, армия оказались в таком тяжелом положении?
Не до жиру, быть бы живу. Удержать плацдарм надо! А я все рвался: пойду за языком... Агапов удерживал:
«Ничего у тебя не получится. Ну убьют тебя. А кто будет вместо тебя воевать?Кто взводом командовать будет? Нет, этого делать ты не имеешь права».
А во мне все бурлило. Казалось, что все-таки пролезу, достану ценные сведения, внесу свой вклад в победу над врагом. Конечно, знания, которые были получены в училище, были весомые, однако на первых порах меня, как и большинство молодых офицеров, переполняли фантазии. А опыта недоставало. Агапов это очень хорошо понимал и учил меня уму-разуму. Он как бы приземлял мои замыслы, заставлял во все всматриваться, анализировать все то, что нас окружало, учил не делать шагов поспешных, опрометчивых, необдуманных...
Командиром взвода, затем командиром минометной батареи стрелкового полка лейтенант Варенников сражался в Сталинграде долгих 79 дней и ночей. После многих недель героической обороны 138-я стрелковая дивизия, которая за бои в Сталинграде была впоследствии преобразована в 70-ю гвардейскую, участвовала в операции по окружению и ликвидации вражеской группировки в городе. В одном из боев В. И. Варенников был ранен осколком мины и попал в госпиталь.
В тылу мы с напряжением наблюдали, как развивались события по ликвидации немецкой группировки под Сталинградом. Ранение не было тяжелым, и было обидно, что не доведется принять участие в окончательном разгроме гитлеровцев. Я снова рвался на фронт, опасаясь отстать от своих. Конечно, хотелось попасть в свою дивизию или хотя бы армию.
Около месяца проболтался в госпитале. Наконец, меня выписали с предписанием вернуться в строй. На этот раз попал в 35-ю гвардейскую стрелковую дивизию и был рад, что снова среди своих, сталинградцев. С этой дивизией прошел до конца войны.
После Сталинградской битвы в составе 8-й гвардейской армии 
В.И.Варенников участвовал в кровопро-литных сражениях за Левобережную Украину, особенно отличившись в боях под Изюмом на Юго-Западном, а затем на 3-м Украинском фронтах.
В 1943 году старший лейтенант Варенников назначается заместителем командира 100-го гвардейского стрелкового полка по артиллерии 35-й гвардейской стрелковой дивизии. В этой должности он участвовал в боях на Северском Донце в районе Балаклеи и Изюма, в форсировании Днепра и в освобождении Правобережной Украины, Кривого Рога, Одессы. Затем в форсировании Днестра и в ожесточенных боях на Днестровском плацдарме в районе Шерпен.
Днепр... Когда мы овладели этим рубежом, главным направлением наступления Юго-Западного фронта было Кривой Рог — Одесса. На подступах к Одессе есть село Христофоровка. В конце марта мы вышли на этот рубеж. В селе засели немцы и власовцы. Кстати сказать, немцы цепями приковывали их к пулеметам.
От прошлогоднего урожая в полях остались сухие стволы подсолнечника и кукурузы, и через поле очень плохо вырисовывались контуры села. А гитлеровцы засели на мельнице и на чердаках домов, поэтому хорошо просматривали всю местность. Когда мы пошли в наступление, они буквально гвоздили нас из пулеметов. Наш полк залег, подняться не может. Что делать? Меня вызывает командир полка: «Валентин, другого выхода нет. Надо организовать отряд. Бери разведчиков, роту автоматчиков и пройди балкой в тыл немцев». Балка наполнена водой, и немцы с ее стороны никого не ожидали. Перед нами стояла задача — выйти из балки с тыла и ударить по этому хутору. Мы так и сделали. Договорились, чтобы отвлечь внимание противника, полк должен интенсивнее вести огонь с фронта. Под этим прикрытием мы пробрались через балку и нанесли внезапный удар по гитлеровцам с тыла. Этот удар и решил успех продвижения нашего полка и дивизии. За этот бой мне был вручен орден Красного Знамени.
К этому времени В. И. Варенников уже имел две боевые награды. Когда 8-я гвардейская армия была переброшена на 1-й Белорусский фронт, В. И. Варенников со своим полком участвовал в знаменитой операции «Багратион», в прорыве вражеской обороны западнее Ковеля, вместе со своими однополчанами громил и гнал с южных земель Белоруссии гитлеровцев на запад. В конце июля и начале августа 1944 года вступил на польскую землю и вел бои за овладение плацдармом на Висле южнее Варшавы в районе Магнушева. Там был тяжело ранен и лечился в госпитале долгих четыре месяца. Затем вернулся в родной полк и уже в середине января 1945 года участвовал в мощном наступлении советских войск от Балтики до Карпат, вынудившем немцев перебросить на восток основные свои дивизии с Западного фронта, где в Арденнах терпели поражение англо-американские войска. Это наступление, по сути, спасло наших союзников от разгрома.
В конце января Варенников со своим полком вступил на немецкую землю. После участвовал в боях за плацдарм в районе города Кюстрина на Одере. В марте 1945 года В. Варенников был ранен третий раз. А в апреле–мае уже в звании капитана принимал непосредственное участие в грандиозной Берлинской операции. Огнем артиллерии своего полка с Кюстринского плацдарма крушил мощную оборону врага, сопротивлявшегося с яростью обреченного зверя. Штурмовал Зееловские высоты, на плечах поверженных и ослепленных прожекторами гитлеровцев (знаменитая идея 
Г. К. Жукова) ворвался в фашистское логово. Утром 2 мая был в здании рейхстага в Берлине, над которым гордо развевалось Красное знамя Победы...
Последние бои были самыми жестокими, самыми кровопролитными. Немцы сопротивлялись отчаянно, ведь они теряли все. Ну а нашу стальную лавину остановить уже было невозможно. Все рвались в центр Берлина, к Имперской канцелярии, к рейхстагу. Каждый полк, каждая дивизия приготовили знамя для водружения над ними. Наш 100-й гвардейский стрелковый полк тоже стремился водрузить знамя. 25 апреля кольцо уже было замкнуто и постоянно сужалось. До рейхстага оставалось всего 700—800 метров. Однако 28-го или 29-го было получено распоряжение командующего фронтом: «Прекратить наступление. Уничтожать противника только огнем». Уже велись переговоры. Кстати, немецкий парламентер, генерал Кребс, переходил через наш передний край, и мне довелось видеть его буквально рядом.
После того как условия, выдвинутые гитлеровцами, маршалом Г. К. Жуковым были отвергнуты, был отдан приказ об уничтожении окруженной группировки. Нанести последний удар с наступлением и захватом рейхстага было приказано 79-му стрелковому корпусу 5-й ударной армии, который находился в наиболее выгодном положении для наступления на рейхстаг. А захват самого рейхстага и водружение на нем Знамени Победы было поручено воинам 150-й Идрицкой стрелковой дивизии...
Совсем немного времени оставалось до исторического Парада Победы, который победители провели 24 июня 1945 года на Красной площади в Москве. Капитану Варенникову было поручено готовить сводную армейскую роту для парада, которая потом влилась в состав сводного полка 1-го Белорусского фронта.
Прибыли в Москву, расположились в Ворошиловских казармах. Занимались, готовились к параду. Дважды приезжал в свой полк 1-го Белорусского фронта Г. К. Жуков. Наблюдал, как шла подготовка. После окончания смотра мы окружили его плотным кольцом, и он свободно, в непринужденной обстановке по-доброму рассказывал, как будет проходить парад, кого приглашают и прочее. Каждый раз подбадривал нас — жуковцев.
Когда он приехал во второй раз, то сообщил, что послезавтра самолетом должны привезти Знамя Победы из Берлина и что необходимо создать почетный караул. «Вот его, — показывая на меня, — назначить начальником почетного караула!» — отдал распоряжение маршал. Командир сводного полка, генерал, стоял рядом. Ему были даны указания, чтобы и личный состав почетного караула был подобран соответствующий.
Так случилось, что через 40 лет, в годовщину нашей Победы, будучи в Кабуле, в юбилейном фотоальбоме, посвященном Параду Победы, я увидел себя на снимке шагающим во главе почетного караула со Знаменем Победы. Теперь эта фотография — главная реликвия нашей семьи. А в то время, в июне сорок пятого, мы встретили это знамя, приняли его, прошли торжественным маршем по аэродрому, а затем отвезли знамя в Генеральный штаб.
Парад Победы — конечно, историческое событие, и все его детали известны всему миру. Вечером после парада пришли на Красную площадь. Она была заполнена до краев ликующим народом. В воздух поднимались огромные воздушные шары с различными плакатами и громадными знаменами. Снизу их освещали цветные лампы и мощные прожекторы, гирлянды вспыхивающих огней. С земли вверх залпами выстреливались тысячи «хлопушек», которые рассыпались по всему небу цветным сверкающим бисером. А сверху, с шаров, выстреливались и взрывались разноцветные ракеты. Это была сказка для взрослых и детей. Все танцевали. И я думаю, в этот день ликовало вместе с нами все человечество.
Приблизительно через две недели был еще один парад в честь Победы. Проходил он в Берлине, в районе рейхстага и Бранденбургских ворот, где прошли последние и самые ожесточенные бои с фашистами. Мне также посчастливилось принять в нем участие, правда в качестве зрителя — по распоряжению маршала Г. К. Жукова все офицеры, прошедшие в победном марше по Красной площади, присутствовали и на берлинском параде, но уже на трибунах. Со стороны союзного командования на парад прибыли Б. Монтгомери, Д. Эйзенхауэр, Делатр де Тассиньи. Парадный расчет составляли четыре сводные группы, каждая около полка. Кроме советских, были солдаты и офицеры английских, американских и французских войск.
Первыми шли американцы, вторыми англичане, за ними французы и последними, замыкающими, прошли наши советские воины. Получилось так, что англо-американо-французский строй создал для наших бойцов такой фон, на который вряд ли можно было рассчитывать. Союзники шли напыщенные, напудренные, разукрашенные. Во всяком случае, нам так запомнилось. А наши прошли в касках, плащ-накидках, с оружием и мощной поступью. Если союзники шли, как «кисейные барышни», то наши шли с напором, гордо и мужественно. У всех наблюдавших за происходящим сложилось впечатление, что они прямо с парада могли пройти до Бискайского залива.
Первые пять послевоенных лет В. И. Варенников продолжал служить в 8-й гвардейской армии В. И. Чуйкова, входившей в состав советских оккупационных войск в Германии (с 1949 года — Группа советских войск в Германии). Командовал различными воинскими подразделениями. В 1950 году майор Варенников был переведен в Киевский военный округ. В 1951 году поступил в Военную академию имени М. В. Фрунзе, а в 1954 году, успешно окончив ее, получил назначение в Северный военный округ на должность заместителя командира 251-го стрелкового полка 54-й стрелковой дивизии.
На Севере, в основном в Заполярье, довелось прослужить около 15 лет. Служба для меня проходила непросто, но очень удачно. Здесь вырос от заместителя командира полка до командира корпуса. Пришлось не раз принимать разные полки с задачей поднять их на уровень требований главкома и министра обороны. После того как эта задача успешно решалась, меня ставили на следующий полк, чтобы и его «вывести из прорыва». Таким образом я последовательно командовал четырьмя полками.
Первый свой полк, 56-й стрелковый, принял в Мурманске. Сделал одним из лучших в округе. Затем командование послало меня на полуостров Рыбачий. Там стоял отдельный пулеметно-артиллерийский полк, который практически разваливался. 
Вытянул и его. Получил досрочно воинское звание «полковник».
Однажды командующий армией генерал-лейтенант Олег Александрович Лосик звонит мне: «Валентин Иванович, ваш полк мы будем расформировывать, но вы остаетесь на месте. Мы вам пошлем другой полк, вы будете командовать им». Этот полк также удалось довести до хорошего состояния. В порядке поощрения меня перевели на материк, на Большую землю. Поручили командовать 61-м мотострелковым полком, который стоял на 112-м километре от Мурманска по дороге в Печенгу. Полк был забыт всеми. Но вскоре он тоже вышел в передовые. На базе этого полка была создана 61-я бригада морской пехоты.
Многому научился за эти годы. Главным у меня стал принцип: «Если создашь хорошие условия для личного состава, в том числе и бытовые, тогда можно и спрашивать, и требовать по самому высокому счету, добиваться высоких показателей в боевой учебе».
Впоследствии для воплощения в жизнь этого принципа В. И. Варенникову не раз приходилось проявлять и деловую хватку, и расчет. В. И. Варенников назначен заместителем командира, затем командиром 54-й мотострелковой дивизии. На инспекторской проверке, проведенной министром обороны, дивизия получила высокую оценку и была объявлена в числе шести лучших дивизий Сухопутных войск за 1964 год.
В 1967 году В. И. Варен-ников оканчивает Военную академию Генерального штаба с золотой медалью и вновь возвращается на Север. Теперь уже в качестве командира армейского корпуса в Архангельске. Через два года его назначают командующим 3-й ударной армией в Группе советских войск в Германии. В то время это было самое крупное объединение в Советских Вооруженных Силах (5 дивизий, из них 4 танковые, несколько бригад и отдельных полков), насчитывающее свыше 75 тысяч человек личного состава и 2,5 тысячи танков, много другой техники. Всего через два года 3-я ударная армия стала лучшей по всем показателям в ГСВГ, а ее командующий стал первым заместителем главнокомандующего Группой.
После Германии в 1973 году меня направили командовать Прикарпатским военным округом. Это был, быть может, самый эффективный и плодотворный этап в моей воинской службе. До тех пор я прошел все этапы службы: такие звенья, где вся теория переходит в практику и, наоборот, теория черпает из практики все необходимое. Это 
— подразделения и полк. Затем — дивизия, корпус, армия и округ. Особенно округ, когда в твоих руках немалые материальные средства. Можно создать необходимые условия для жизни и деятельности личного состава. И это очень важно.
На новой должности В. И. Варенников вновь блестяще справился с возложенными на него задачами. На протяжении всех шести лет, когда он командовал войсками округа, ПрикВО считался одним из самых передовых военных округов в Вооруженных Силах, что отмечалось в приказах министра обороны СССР.
Следующая яркая страница в военной биографии генерала В. И. Варенникова — это работа в Генеральном штабе Вооруженных Сил. В 1977 году Валентин Иванович оканчивает Высшие академические курсы Генерального штаба. Спустя год ему присваивается звание генерала армии, и в 1979 году он назначается первым заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР и одновременно является начальником Главного оперативного управления.
Пойти на службу в Генеральный штаб меня уговорил Маршал Советского Союза, начальник Генерального штаба Николай Васильевич Огарков. Хотя, скажу откровенно, мне очень не хотелось покидать округ. Пять лет я пробыл в Генштабе в качестве начальника Главного оперативного управления и первого заместителя начальника. До меня в таком должностном положении был только легендарный генерал армии 
А. И. Антонов.
Некоторые думали, что я, как офицер, не имеющий навыков штабной работы, могу сломаться. Но вышло наоборот. Дело в том, что на всех постах, на которых мне доводилось служить, я уделял много внимания работе штаба, учил штабных офицеров, как надо работать, знал их работу лично, так что опыта было не занимать.
Да, служба в Генштабе была сложная, но я считаю, все-таки мы оставили о себе немалый след. И сейчас, когда встречаюсь с офицерами Генштаба, особенно с теми, кто был тогда полковниками и подполковниками, они вспоминают добрым словом нашу совместную службу...
Одновременно с разработкой советской военной доктрины, развитием стратегии, оперативного искусства и тактики, созданием новых видов вооружений В. И. Варенников занимался вопросами развития военного сотрудничества СССР с дружественными зарубежными странами. В составе советских военных миссий он неоднократно выезжал в Сирию, Анголу, Эфиопию.
Эти страны — для меня не пустой звук. В интересах нашего Отечества, в интересах социалистического лагеря мы сделали все, что могли. Это была правда времени, нелегкая воинская служба, где ответственность при принятии решений была, без преувеличения, порой глобальной. И не только в масштабе страны.
Так, в Анголе я был несколько раз и подолгу. Занимался там не только вопросами строительства национальных вооруженных сил дружественной страны, но и организацией боевых действий против войск ЮАР. Это была хотя и локальная, но отнюдь не игрушечная война. Решал многие ответственные задачи вместе с главным военным советником генерал-полковником К. Курочкиным и его штабом, в совместных действиях с высшим кубинским руководством.
С конца 1984 по февраль 1989 года В. И. Варенников был руководителем представительства Министерства обороны СССР в Республике Афганистан. Причем все эти пять лет работал там на постоянной основе, приезжая в Москву только для докладов на заседание комиссии Политбюро ЦК КПСС по Афганистану.
Мы, военные, не хотели, чтобы в Афганистан вводились наши войска и тем более проводились боевые действия. Однако решение было принято руководством страны. Вместе с тем надо отметить, что если бы не было «холодной войны» и если бы между государствами были нормальные взаимоотношения, если бы существовало доверие друг к другу, то не было бы и Афганистана. Но геополитическая обстановка тех лет требовала адекватных действий. Подозрения среди потенциальных противников сказывались буквально в каждом шаге, в каждом слове. Ведь если Амин уничтожил физически (задушил) прежнего руководителя Афганистана Тараки, почему бы ему было не переметнуться к американцам? Допустить этого, конечно, было нельзя, ведь граница между Советским Союзом и Афганистаном проходила по югу Средней Азии. То есть там, где неподалеку располагались многие наши основные испытательные полигоны. Испытывались ракетное оружие, авиационная техника, ПВО. А значит, не надо засылать в наши КБ и на заводы шпионов. Поставил вдоль границы лаборатории, ракета полетела — снимай все параметры... Словом, режим Амина таил в себе угрозу нашей безопасности.
Первоначально в основе всего этого афганского водоворота был А. Н. Косыгин. Он твердо отстаивал позицию: не вводить наши войска! И мы в Генштабе поддерживали его. Ну а когда решение было все-таки принято (Косыгин, кстати, был против и в этом случае), нашей задачей стало обеспечить выполнение этого решения: ввести войска без потерь, в точно установленные районы и в определенное директивой министра обороны время.
Как руководитель Оперативной группы Мини-стерства обороны СССР генерал армии В. И. Варенников фактически координировал все советские военные структуры в ДРА. Группа выполняла функции координационного центра. Состав ее не был постоянным. Генералы и офицеры находились в командировке, периодически осуществлялась их замена. Здесь были эксперты всех родов войск, служб, военные и другие специалисты (например, по организации боевой подготовки, призыва). Главные функции группы: руководство советскими войсками; помощь в строительстве вооруженных сил Афганистана; организация взаимодействия между советской и афганской армиями; оказание разносторонней помощи руководству ДРА, в том числе Верховному главнокоман-дующему; участие в проведении политики национального примирения; организация подготовки и проведение важнейших операций по разгрому формирований непримиримой оппозиции; помощь руководству республики в установлении контактов с полевыми командирами оппозиции. ОГ МО СССР выполняла и другие задачи, например по созданию Ставки ВГК ДРА.
При своем назначении руководителем представи-тельства Министерства обороны СССР в Афганистане главной своей задачей я считал добиться такого положения, при котором как можно меньше страдали и несли потери наши люди. Все было направлено на это: прежде всего была изменена тактика действий. Если раньше наши участвовали в отдельных операциях и проводили совместные операции, поучаствовали на равных, то теперь мы действовали иначе. Допустим, надо в каком-то районе уничтожить банды. Советские войска блокировали этот район, все выходы и входы закрывали, а туда запускали афганские правительственные войска — они и разбирались со своими бандитами. В результате начиная с 1985 года наши потери ежегодно уменьшались в полтора-два раза.
В. И. Варенников в Кабуле, как правило, не засиживался, побывал во всех провинциальных и многих уездных центрах республики, в большинстве районов, где проводились боевые операции или происходило обострение обстановки. Не раз, попадая в экстремальные ситуации, проявлял личное мужество. Имел контакты с представителями всех слоев афганского общества, оппозиции в лице крупных полевых командиров, отдельных представителей руководства «Альянса-7», великолепно знал обстановку в ДРА, положение и состояние войск 40-й армии и ВС ДРА. Часто выезжал и вылетал в глубинку, где встречался с губернаторами провинций, представителями духовенства, командирами и бойцами афганской армии, с полевыми командирами и рядовыми моджахедами, местными жителями.
Обладая государственным, аналитическим умом, качествами дипломата, политика и общественного деятеля, генерал армии В. И. Варенников пользовался большим авторитетом не только в армии, но и у политического руководства. Фактически он был советником Верховного главнокомандующего ВС ДРА по военным вопросам.
В. И. Варенников искренне радовался успехам и сильно переживал неудачи. Он много сделал для афганского народа, налаживая мирную жизнь: восстанавливал дороги, системы орошения, линии электропередач, жилые дома...
Несколько слов хочу сказать о солдатах и офицерах, воевавших в Афганистане. В подавляющем большинстве случаев они держались мужественно. Немало опасностей подстерегало и меня. Нередко приходилось рисковать сознательно. Например, шел на встречи с главарями банд. Шел открыто. Разведчики договарива-лись о месте встречи, и я ехал туда только с переводчиком. Ехал в полевой форме, с погонами. Все они знали меня в лицо — чего было скрываться! И я с ними догова-ривался по вполне конкретным вопросам.
Афганистан, конечно, оставил зарубки в сердце. Кстати, у меня там побывал один из сыновей, Владимир. Он — офицер, командовал полком. Служил в одном из самых гиблых, гнилых мест. Перенес тяжелый гепатит, сложную операцию. 
И я переболел многими болезнями — малярией, воспалением легких.
Из Афганистана В. И. Варенникову приходилось выезжать не часто. Один из таких случаев связан с глобальной трагедией XX века — Чернобыль-ской катастрофой. В 1986 году 
(с 15 мая по 15 июля и с 1 сентября по 15 октября) он был руководителем работ воинских частей по ликвидации послед-ствий аварии на чернобыльской АЭС. Организовывал работы непосредственно на АЭС и в прилегающих районах, руководил размещением и устройством многочисленных воинских частей, которые были выделены для этих целей из наших Вооруженных Сил.
В 1988 году за решение военных задач в Афганистане генерал В. И. Варенников был удостоен звания Героя Советского Союза.
В январе 1989 года его назначают Главнокомандующим Сухопутными войсками — заместителем министра обороны СССР. На новой должности генералу армии В. И. Варенникову пришлось решать еще более сложные задачи, участвовать в процессах не только чисто военных, но и политических.
Для меня как для Главнокомандующего Сухопутными войсками наступил тяжелый период — вывод войск из Восточной Европы и Монголии. Это была настоящая драма. Вывести целые армии в столь малые сроки было просто невозможно без колоссальных потерь: социально-политических, военно-стратегических, материальных, финансовых, а главное, как это ни прискорбно, и человеческих. Речь идет о судьбах десятков тысяч людей. Взять хотя бы обустройство войск в новых местах дислокации. 
А искалеченные судьбы офицеров и их семей... Все это грозило нанести и в конечном счете нанесло тяжелейший удар по Вооруженным Силам и стране в целом.
Мы делали все, чтобы сдерживать Горбачева: ну, хотя бы не торопиться, не ставить таких жестких сроков. Перед кем мы были обязаны? Кто нас гонит? Кстати, мы ставили перед Горбачевым вопрос о том, что нам не нужны от немцев деньги. Они обязаны за свой счет построить на нашей территории военные городки и жилые дома офицерам. По мере готовности их мы могли бы выводить свои части. Не получилось... Тем не менее нам удалось сделать немало. Когда наладили всю систему строительства или переустройства военных городков и я убедился, что в основном все налажено, — весной 1991 года поставил министра обороны маршала Д.Т.Язова в известность, что буду увольняться.
Летом того же года повторил свою просьбу, назвал фамилии, кто бы мог заменить меня. Но не суждено было мне уйти в отставку, как я хотел, — помешали августовские события...
В 1991 году, когда над страной нависла смертельная угроза развала, В. И. Варенников, ни минуты не колеблясь, встал в строй тех, кто предпринял попытку спасти страну, активно поддержал членов ГКЧП. Для него это было естественным шагом, ведь еще в 1989 году, будучи избранным народным депутатом СССР, он входил в депутатскую группу «Союз», созданную в противовес межрегиональной группе Попова — Афанасьева, а позже был одним из 12 подписавших известное обращение «Слово к народу», опубликованное в печати 23 июля 1991 года.
После августовских событий В. И. Варенников был обвинен в измене Родине. Статья Уголовного кодекса, по которой обвинялся Валентин Иванович, предусматривала тяжелое наказание: от 10 до 15 лет лишения свободы с содержанием в колонии строгого режима с конфискацией имущества или расстрел.
Боевой генерал мужественно перенес испытания в тюремных застенках «Матросской Тишины». Обнародование правды о насильственном развале Советского Союза и личная честь оказались для него превыше всего. Когда в феврале 1994 года лица, проходившие по делу ГКЧП, были амнистированы Государственной думой в обмен на роспуск парламентской комиссии по расследованию трагических событий сентября–октября 1993 года, из всех участников августовских событий В. И. Варенников один отказался от амнистии и настоял на том, чтобы Верховный суд России рассмотрел его дело. Варенникова судили. Военная коллегия Верховного суда не нашла состава преступления в его действиях и вынесла оправдательный приговор. Генеральная прокуратура под давлением президента страны Ельцина вынесла протест на приговор Военной коллегии. Тогда делом В. И. Варенникова занялся высший судебный орган страны — Президиум Верховного суда. Тщательно и всесторонне изучив обстоятельства дела, Президиум не пошел на поводу у Прокуратуры и снял с Героя Советского Союза генерала армии В. И. Варенникова все обвинения в измене Родине. Приговор был окончательный и обжалованию не подлежал.
С тех пор Валентин Иванович продолжает активно заниматься политической и общественной деятельностью. На выборах 1995 года он был избран депутатом Государственной думы. С января 1996 по 1999 год работал председателем комитета Государственной думы по делам ветеранов. В его активе как народного избранника — реализация Федерального закона «О ветеранах», особенно в плане социальной защиты ветеранов войны и военной службы, ветеранов труда.
Валентин Иванович несколько лет возглавлял Российскую ассоциацию Героев Советского Союза и кавалеров ордена Славы трех степеней. Ныне генерал армии 
В. И. Варенников был президентом Международной лиги защиты человеческого достоинства и безопасности, член ЦК КПРФ. Он автор ряда публикаций по военным и общественно-политическим проблемам, в том числе «Откуда исходит угроза миру» (1980), «Судьба и совесть» (1993). В 2002 году В. И. Варенников выпустил уникальное издание — семитомник «Неповторимое». Это честная исповедь выдающегося сына России, прошедшего путь солдата, офицера, военачальника, государственного и общественного деятеля, – своего рода учебник истории XX века.
Заслуги генерала армии В. И. Варенникова перед Отечеством отмечены многими государственными наградами, в том числе двумя орденами Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, орденами Октябрьской Революции, Кутузова I степени, тремя — Отечественной войны I и II степени, орденами Красной Звезды, «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени, тридцатью медалями СССР, а также более чем двадцатью иностранными орденами и медалями. В 1990 году за участие в изобретении нового оружия ему была присуждена Ленинская премия.
В 2002 году удостоен звания лауреата премии имени В. И. Вернадского «За особый вклад в развитие России». В том же году стал лауреатом Международной премии имени М. А. Шолохова.
Для нашего поколения везде был Сталинград!

источник


Дело ГКЧП / Варенников В.И.

Из заявления В.И.Варенникова в ходе следствия по делу ГКЧП:«...Мне предъявлено обвинение в измене Родине с целью захвата власти, умышленном нанесении ущерба государственной безопасности и обороноспособности страны. В связи с этим я уже сейчас могу заявить моим обвинителям следующее. Да, я выступил против мрака и позора, которые обрушились на нашу Державу. Но разве можно было дальше смотреть, как разваливается страна, ее оборона, нищает народ, рассыпается экономика, льется кро..
Крючков. КГБ накануне путча / Варенников В.И.

Владимир Александрович Крючков – один из высших государственных деятелей Советского Союза, в 1988–1991 годах занимавший пост председателя КГБ СССР. В.С. Крючков был известен тем, что борясь за спасение Советского Союза, входил в Государственный Комитет по чрезвычайному положению и пытался использовать КГБ для борьбы с Б. Ельциным и «Демократической Россией». Авторы книги, представленной вашему вниманию, хорошо знали В.А. Крючкова. Генерал армии В.И. Варенников в августе 1991 ..

Показано с 1 по 2 из 2 (всего 1 страниц)